5 книг про шпионов

Война в Зазеркалье
Джо Ле Карре
1965

После окончания Второй мировой войны разведывательная организация, уклончиво называющаяся Департамент, постепенно приходит в запустение. В попытках наверстать упущенное и нагнать убегающую славу Леклерк, глава Департамента, ввязывается в странную операцию на границе Восточной Германии, где, по неопределенным и слабо проверенным данным, размещены советские ракеты.

Из всех книг цикла о Джордже Смайли «Война в Зазеркалье», пожалуй, наиболее обделенная вниманием. Написанная вскоре после «Шпиона, пришедшего с холода», который принес Ле Карре славу и многочисленные регалии, «Война» так и осталась в его тени. Хотя, в каком-то смысле, именно она является квинтэссенцией творческого метода писателя: это нарочито спокойное, точно нюансированное повествование об усталых людях, которым приходится бежать со всех ног, чтобы только остаться на прежнем месте.

«Рукопись, найденная в ванне» — это дневник спецагента, заплутавшего в коридорах футуристического военного комплекса Новый Пентагон и пытающегося разобраться, что происходит. Его попытки напоминают сборку n+1-мерного макабрического кубика Рубика с неповторяющимися цветами: разгадки не подходят к загадкам, объяснения ничего не объясняют, толкования противоречат друг другу, а уж служебных инструкций, секретных донесений, коварных уловок, шифров, кодов и паролей вокруг столько, что хватит запутать целое воинское подразделение.

Повествование переходит с метауровня на метаметауровень (а оттуда — на метаметаметауровень) с непринужденностью, от которой довольно быстро начинает кружиться голова. Навести резкость помогает довольно простое соображение: «Рукопись, найденная в ванне» — это лемовская шутка про сепулькарий, разросшаяся до размеров повести.

Остров Медвежий
Алистер Маклин
1971

Прогулочная яхта «Утренняя роза», полученная перелицовкой древнего рыболовного траулера, приближается к острову Медвежий. Пассажиры яхты — сотрудники киностудии «Олимпиус продакшнз» — намерены снимать там великий фильм непонятно о чем. Ситуация выглядит достаточно подозрительно: арктический остров в преддверии зимы — не лучшее место для натурных съемок, никто из участников мероприятия не читал сценарий, несколько человек пострадали от загадочного пищевого отравления, судовой врач носит неправдоподобное имя Кристофер Марло, и вообще ведет себя как-то странно.

Остров Медвежий  — место, в котором сходятся границы Гренландского, Норвежского и Баренцева морей. «Остров Медвежий» — роман, в котором сходятся военно-морская героическая статуарность, свойственная триллерам сюжетная прыткость и деловитый патриотизм романов про контрразведку.

Энигма
Роберт Харрис
1995

«Энигма» — второй роман Роберта Харриса, английского писателя, известного по амбициозному альтернативно-историческому «Фатерлянду» и экранизированному Романом Полански «Призраку».

Десйтвие «Энигмы» происходит в Блэтчли-Парке зимой 1943 года. Подопечный Алана Тьюринга, талантливый математик Том Джерико разгадывает код «Акула», предназначенный для оперативного шифрования переговоров немецких подводных лодок и пытается предотвратить утечку информации из криптографического подразделения. В развитии сюжета на равных с людьми участвуют погодные условия и освещенность — стылый холод и противовоздушное затемнение создают атмосферу нуара со всеми положенными особенностями: нагнетанием напряжения, зыбкостью моральных ориентиров, экзистенциальной неустроенностью, необходимостью ставить все под сомнение и, конечно, прекрасной хрупкой блондинкой.

Повесть о двух городах
Чарльз Диккенс
1859

Как ни странно, среди англоязычных читателей самая популярная книга Диккенса — не «Оливер Твист» или «Записки Пиквикского клуба», а именно «Повесть о двух городах».

Источником вдохновения и поставщиком фактического материала для нее послужила «История Французской революции» британского философа и публициста Томаса Карлейля — книга, порицаемая академическими учеными за избыточную занимательность и зашкаливающую концентрацию романтизма. «Повесть» унаследовала от нее и то, и другое.

Эта книга донельзя насыщена драматическими поворотами сюжета, комическими интермедиями, красочными мизансценами, воссоединениями любящих родственников и непременными христианскими мотивами: воскрешение и воскресение, непорочность и самопожертвование. И коварный шпион Джон Барсед, многократный предатель доверившихся, — символизирующий Иуду Искариота.