5 книг про сердце в паутине

Например, хорошая девушка Эльфаба Тропп очень старается: защищает обиженных, занимается наукой, борется с неравенством, возмущается несправедливыми законами, принятыми Гудвином — правителем Изумрудного города.

Действие «Ведьмы» происходит в мире «Волшебника страны Оз» и частично совпадает с ним событийно. Разница — в ракурсе и расстановке акцентов: там, где Баум выписывает красивые пейзажи, добрых людей и увлекательные приключения, Магвайр неуклонно документирует насилие, угнетение и политические интриги. А главное — вязкую липкую сеть незаметно накапливающихся обстоятельств, меняющих жизнь до неузнаваемости. Например, злая ведьма среднего возраста Эльфаба Тропп открывает в гримуаре раздел «Коварные подробности» — в надежде найти что-нибудь смертоносное. И видит на иллюстрации одну из коварных подробностей — попавшее в паутину кровянистое человеческое сердце.

Мидлмарч
Джордж Элиот
1871–1872

Мидлмарч — типичный провинциальный городок, в котором каждый знает, что подавали на обед у соседей, почему кузина купила новую шляпку и как не подобает себя вести в приличном обществе. Любой житель, особенно если он придерживается передовых взглядов, исполнен благих намерений или одевается у столичных портных, немедленно оказывается в перекрестье взглядов, а то и в путанице матримониальных сетей. Никто не останется незамеченным: ни врач-идеалист, пообещавший себе, что никогда не станет обывателем, ни женщина с порывами и принципами, ни редактор местной газеты, строчащий пламенные передовицы.

Джордж Элиот прекрасно умеет выстраивать многофигурные мизансцены и вовсю пользуется этим умением — действие «Мидлмарча» происходит в режиме «а он ей? а она ему? а ее сестра что сказала? а что потом?». А потом благие намерения сталкиваются с реальностью.

Ночь нежна
Френсис Скотт Фицджеральд
1934

В 1930 году у Зельды Сейр, блистательной и богатой жены многообещающего писателя Фицджеральда, обостряется шизофрения. Через четыре года Фицджеральд пишет роман о блистательной и богатой жене многообещающего психиатра Дика Дайвера. Точнее, о самом Дике Дайвере — бесконечно юном, обжигающе красивом, несказанно обаятельном, аналитически одаренном и вынужденном постоянно идти на уступки — ради любви, семьи, дружбы и идеалов гуманизма. Еще точнее — о том, сколько уступок можно сделать прежде, чем зайдешь по их шатким уклончивым досточкам в западню, и о том, как из людей по капле вытекают радость и юность, а образовавшиеся пустоты заполняются разочарованием.

Когда из обещанного жизнью сбылось очень немногое, это не слишком весело. Зато на таком материале (во всяком случае, если ты Фицджеральд) можно написать великий роман.

Мотивы и темы романа Мисимы накрепко зарифмованы: холодный портовый пейзаж и темная тоска, резкий пароходный гудок и последний выдох, соленая вода и пахнущая железом кровь, остойчивость сухогруза и постоянство законов природы. В голове у его героя — моряка и простака Рюдзи Цукадзаки — тоже немного двоится: слава, которая, он уверен, ждет его за ближайшим поворотом судьбы, кажется чем-то родственным Фусако — женщине, с которой он недавно познакомился. Долгое ожидание славы несколько утомительно, так что тем временем можно пожить обыкновенной жизнью, может, даже создать семью — с Фусако и ее сыном, одним из тех мальчиков-подростков, которые ненавидят своих отцов, живущих обыкновенной жизнью, и мечтают отомстить им за эту капитуляцию.

Слава действительно ждет Рюдзи за поворотом, но на вкус она будет горька.

«Обязательно нам каждый вечер напиваться?» — спрашивает юный и счастливый Себастьян Флайт у своего друга Чарльза Райдера. «По-моему, обязательно», — отвечает не менее юный и счастливый Чарльз Райдер. И они напиваются, обсуждают католицизм, архитектуру и язычество, принимают солнечные ванны, лежа на крыше, и говорят обаятельную ерунду. Потом Райдер станет посредственным художником, потом — разочарованным военным, а через двадцать лет (и через некоторое количество сюжетных поворотов, ошибок, расставаний и заблуждений) снова окажется там, где был когда-то счастлив, чтобы вспомнить и пересказать самому себе историю своей жизни.

Потому что рассказывание этой истории связывает в единое целое разрозненные и случайные биографические факты, придает им значение и смысл. А иначе зачем это всё вообще?